Автор
Сообщение
  • Добавлено: 2018-10-05 23:09
Не знаю как Лису, а мне и то и другое, пожалуйста))
Ладно, кашу не обязательно wink
  • Добавлено: 2018-10-05 23:10
Тему прозы засоряю, пардоньте)))) Каша понравилась! Затрепали на пару с собакевичем. Делала рисовую на молоке и туда тыкву добавила. Кусочками. Фотку косметики скину ща. Называется цветовая гамма "вырви глаз". Это я просто скромненько её сегодня употребила)))
  • Добавлено: 2018-10-11 23:55
Девятнадцатилетняя жительница Рязани Юля Ковылина наконец-то решилась раздавить ногой таракана. Зажмурилась, зажала уши, чтобы не слышать, как хрустит хитиновая оболочка и наступила, вот так! Зажимая рот обеими руками, метнулась в ванную и долго, тщательно отмывала подошву тапка шампунем «Хвойный».
Мюнхен. Сорокапятилетний Михель Штифф вошел в кабинет начальника с твердым намерением попросить о повышении зарплаты. Его давление приближается к отметке 170/130, но Михель держится молодцом. Вот он откашлялся и заговорил, мучительно соображая, как бы незаметно перевести разговор на нужную тему.
Тридцатитрехлетний саратовец Николай Павлович второй раз в жизни вошел в кабинет стоматолога. Впервые он сделал это в семилетнем возрасте, и с тех пор звук бормашины преследует его в страшных снах. Но после трех бессонных ночей, когда анальгин окончательно перестал облегчать боль, Николай Павлович взял себя в руки и отправился к врачу. Через десять минут Николай Павлович узнает, что ему предстоит удалить четыре зуба и запломбировать еще семнадцать. Вечером он выпьет полторы бутылки водки.
Нью-Йорк. Мэри Бронштейн (пятьдесят восемь лет, разведена, детей нет) готовится выйти в магазин за покупками. Она твердо уверена, что на улице ее — да, вот лично ее, а не первого попавшегося пешехода! — ждут не дождутся маньяки, убийцы, арабские террористы и бывший муж, который, несомненно, жаждет с нею разделаться. Но продукты закончились еще позавчера, прислугу Мэри не держит, слишком уж дорого обходится, да и рискованно это — чужого человека в дом пускать, а родственники из Алабамы наотрез отказываются бросить свои дела и приехать в Нью-Йорк, чтобы позаботиться о Мэри. Решено: она вычеркнет их из завещания. Но идти за покупками придется самой. Переписав завещание, Мэри начинает одеваться.
Двадцатисемилетний москвич Игорь Неверов стоит у входа на станцию метро «Театральная» и собирается спуститься в метро. Ему очень страшно, но он твердо намерен преодолеть себя. В этом году Игорь сделал уже семнадцать попыток. Сегодня он обязательно спустится в метро. По крайней мере, хотя бы дойдет до эскалатора, а не удерет, едва добравшись до кассы. Дойдет хотя бы до эскалатора. Хотя бы.
У восьмилетней парижанки Нины Буше сегодня экзамен по музыке. Это первый экзамен в ее жизни. Мама специально для экзамена купила ей белое кружевное платье. Платье немного велико, но мама говорит, это пустяки. Нина не хочет идти на экзамен. Она боится. Ей кажется, она получит низший балл и сразу умрет от позора. Нина говорит маме, что у нее болит живот (и это почти правда), но мама берет ее за руку и говорит: «Пора». Ничего не поделаешь, надо идти.
Лондон. Девятнадцатилетняя Элизабет Смит садится за руль своего автомобиля. Она еще ни разу в жизни не ездила без инструктора, но папа говорит, пора. Элизабет получила права три месяца назад и с тех пор все не может решиться на самостоятельную поездку. Папа прав: пора. Сегодня, или никогда. «Только бы не покалечиться, — думает Элизабет, вставляя ключ в замок зажигания. — Если все-таки попаду в аварию, лучше уж сразу насмерть, чем на всю жизнь инвалидом, с переломанным позвоночником, без руки и ноги». Элизабет хочет выйти из машины и отправиться к метро, но она остается. Щелкает замком ремня безопасности, осторожно разворачивается и выезжает на улицу. Она будет очень аккуратным водителем.
Тринадцатилетней Зосе из Варшавы сегодня должны вырезать аппендицит. Операция назначена на одиннадцать утра. Зося не спала всю ночь. Она уже устала плакать, но страх так и не прошел. Теперь Зося стоит у окна и вяло думает, что можно бы выпрыгнуть и сбежать домой. Второй этаж, ничего страшного. Но Зося не сбежит. Сейчас она вернется в постель и будет ждать, когда за нею придет медсестра, чтобы отвести в операционную. Потому что от аппендицита, если его вовремя не вырезать, умирают.
Студент Братиславского университета Саша Любавич (мехмат, первый курс) сидит в автобусе. Он едет на экзамен. Давешняя попытка усвоить годовой курс за ночь завершилась полным провалом. Саша думает, что было бы лучше вовсе не ходить на экзамен, выпить пива, лечь спать и забить на все, но вместо этого зачем-то едет в университет. Сашу тошнит не то от страха, не то от нескольких литров кофе, выпитых за ночь. Ему совсем хреново.
Десятиклассница Ляля из Белгорода Днестровского (15 лет, рост 172, прочие показатели: 85–70–104) не пошла в школу и теперь ждет одноклассника Андрея. У них свидание. Ляля твердо решила, что сегодня позволит ему сделать это.Потому что иначе Андрей ее бросит, и девчонки будут смеяться, ну и вообще. Ляле очень страшно, она даже чай пить не смогла. Ее пугает не это(девчонки рассказали, как все бывает, вполне можно пережить, больно, конечно, но не как гланды вырывать, а меньше, значит ничего страшного). Страшно другое. «А вдруг ему со мной не понравится? — думает Ляля. — Девчонки говорят, у всех по-разному устроено, поэтому одни нравятся мужчинам, а другие — нет. И тогда он меня все равно бросит, и всем расскажет, как у меня все плохо получилось, и тогда на меня вообще никто никогда не посмотрит. Вообще никто. Никогда. Даже на выпускном танцевать не позовут. И потом тоже. Вообще никогда». Когда наконец раздается звонок в дверь, Ляля обреченно встает с кухонного табурета и идет открывать. Медленно. Как корова на бойню.
По подоконнику спальни сорокалетней Мирры из Мадрида ползет гусеница. Мирра очень хочет завизжать, но держит себя в руках. Она бы с радостью упала в обморок, но это бессмысленно, потому что дома никого нет, а значит никто не придет на помощь. И пока Мирра будет лежать на полу, гусеница вполне может… Ох! Мирра зажимает рот руками и, с трудом переставляя ватные ноги, бредет на кухню. Она так и не закричала. Она молодец.
Двадцативосьмилетний Петер Новак, как всегда, пересекает Прагу на собственном автомобиле, из конца в конец. Петер едет на работу. Ему не по себе. Сегодня придет какой-то тип из налоговой инспекции. Петер не собирался скрывать доходы фирмы, но он не уверен, что правильно заполнил документы. Петеру мерещится тюрьма, разорение и насмешки приятелей. Последнее, пожалуй, хуже всего. Теоретически, Петер может позвонить секретарше. Сказаться больным, вернуться домой и еще раз проверить документы, но вместо этого он паркуется в двух кварталах от офиса, закуривает и думает: «Если я докурю до фильтра, и пепел не осыпется, значит пронесет». Но руки его дрожат, и пепел падает на штанину. Петер вздыхает, выходит из автомобиля и идет в офис.
Сейчас 8.45 утра по Гринвичу. День только начался. В жизни всегда есть место страху. И, соответственно, подвигу.
©Макс Фрай
  • Добавлено: 2018-10-12 00:26
ura
  • Добавлено: 2018-10-12 23:15
А что, давайте совершать подвиги. Хотя бы маленькие, чисто для себя)
  • Добавлено: 2018-10-12 23:30
Странная сказал(а)
А что, давайте совершать подвиги. Хотя бы маленькие, чисто для себя)  


Не, только не подвиг... Подвиг - это всегда чья-то недоработка. Кто-то косячнул, а другой кто-то жилы на себе рвёт, чтобы это исправить...
  • Добавлено: 2018-10-12 23:34
Для людей описанных выше – каждое их описанное действие – уже подвиг.
Порой для подвига и с кровати встать достаточно.
  • Добавлено: 2018-10-12 23:36
Цветана, ну, подвиг подвигу рознь. Такие вот небольшие поступки тоже своего рода подвиги)
  • Добавлено: 2019-01-06 01:20
Привет. А знаешь, что такое одиночество на самом деле?
Одиночество - это не просто когда тебе никто не звонит или не пишет.
Одиночество - это не когда тебя дома встречает только кот.
Одиночество - это не только когда тебе не с кем поговорить.
Одиночество - это так же когда ты можешь пешком пройти больше 40 км. за день.
Одиночество - это когда по прилёту в другую страну - тебя спрашивают - вы путешествуете один? Почему так? А ты такой стоишь...и эээээээ, бля - ну хуй знает, что и ответить тут...
А еще одиночество - это когда ты в ночь на 1 января берешь 1 билет к морю. Садишься в поезд где не так много людей спешат к своим друзьям, родным, близким из других городов. В 23:00 когда все пассажиры вышли на промежуточных станциях и ты остаешься один в вагоне. Выключаешь телефон. Начинаешь строить планы на следующий год...Да ну - к чертям это всё, смысл??!!! Ты уже не первый год обещаешь себе больше не ехать к морю в новогоднюю ночь. Засыпаешь. В 5 утра, когда поезд уже почти прибыл в город - проводник будит тебя - некуда деваться - нужно просыпаться - делать то, что задумал - идти к морю - встречать рассвет. Выйдя из вагона - включаешь телефон - ни одного сообщения, ни одного пропущенного звонка. Вкусный бургер, чай. 20 минут пешком - вот оно - одинокое море, одинокий ты.
©пёрто
Автор к сожалению неизвестен.
  • Добавлено: 2019-01-09 13:50
Не понимаю, почему люди удивляются, когда кто-то путешествует один? Это совсем другие ощущения, мне лично нравится, путешествовать в одиночку.) Это вовсе не одиночество.
  • Добавлено: 2019-01-10 00:16
Кстати, да! Этим летом, были совершенно потрясающие поездки в одиночестве. Впрочем, в компании тоже были не хуже.
  • Добавлено: 2019-01-11 23:01
Да. Один на один с природой, с миром. Так тихо, так спокойно. Нирвана)
  • Добавлено: 2019-01-11 23:02
Особенный человек

Говорят, в мире есть особенный человек.
Он тот, кто садится рядом в маршрутке, когда твоя жизнь умудряется рухнуть за раз, когда личный крест становится слишком тяжелым, чтобы нести его на спине. Когда твои руки трясутся – и голос, наверное, трясся бы, если бы камень в груди не мешал говорить. Когда все мутнеет, становится вовсе не важным; когда связи, как ниточки, рвутся, а смысл – вроде бы, найденный – кажется глупой выдумкой, оправданием собственной бесполезности. Именно в этот момент особенный человек занимает сидение рядом с тобой. Молча посматривает на тебя, а потом произносит что-то простое, но до боли, до благодарного смеха необходимое. То, что дает тебе силы пройти еще несколько дней.
Ты улыбаешься и даже шутишь. Стыдливо прикрываешь лицо обеими трясшимися еще недавно руками, желая скрыть свою неловкую, но явную разбитость, так отчетливо увиденную соседом. Но в глубине души ты знаешь, что тебя никто не осуждает. И тебе от этого легче.
Человек выходит с тобой на одной остановке. Иногда провожает до дома, но после, как полагается всем творцам добрых дел, отправляется дальше по свету. Помогать остальным обреченным.
Вскоре его встречают где-то еще. Он застает заплаканных и пустых, но решительных в собственном уничтожении. Выгоревших внутри, забитых, наполненных болью до самых краев. Они в безмолвии мерят своими шагами дороги, безвольно плетутся куда-то к концу пути.
Человек застает их у края. Этим краем является что угодно – высотное здание на окраине или дорожка в любимый парк, улицы Центра, двери подъездов... У каждого этот край – свой.
Но именно там им встречается человек. Солнечный по природе, с приглушенным светом в глазах, он произносит:
– Могу ли я чем-то помочь?
И люди не могут ему отказать. Враждебные изначально, замкнувшиеся в себе и собственном отчаянном несчастье, они вдруг отвечают, открывшись простому прохожему.
– Да, можете! – так часто говорят они. И многие, чуть позже, добавляют: – Сделайте... что угодно. Расскажите мне что-то, коснитесь меня... Только не оставляйте меня одного. И, очень прошу вас, не окажитесь ни вором, ни сволочью, ни обманщиком. Не окажитесь плохим. Мне не пережить еще и это.
И боль выплывает наружу. Она накрывает огромной волной, и тела вместе с душами содрогаются – и дрожат. Обездоленные, люди задыхаются в рыданиях и собственном безнадежном, поглощающем и беспросветном горе. И прижимаются к человеку. А он, выполняя их просьбу, отчаянный крик мольбы, обнимает их теплыми, бережными руками и укачивает, не отпуская, словно заблудших детей. Он не отпускает людей до тех пор, пока яркая боль, вдруг вышедшая наружу, не покинет измученные сердца. Пока спокойствие родом из детства не окутает их сознание, унимая нервную дрожь.
После этого человек прощается и прощает: за слезы и за минутную слабость, за рассказы о жизни, за ненависть и за боль. За все те пороки, которых мы так стыдимся, но которые есть у всех нас. И люди, принятые, успокоенные, снова стараются жить. Если не ради себя, то хотя бы для тех, кто, как Человек, не бросил их в час темноты. Они снова верят в добро – и, совсем капельку, в чудо, ведь такие спасители – вроде подарка небес. Они верят в себя и, иногда, даже в то, что смогут стать таким же Человеком, небезразличным к чужой пустоте.
Ведь отчаянным людям безудержно нужен тот, кто будет рядом, когда у них кончатся силы. Кто станет стеной перед самым концом пути, когда весь мир поблек, а будущее – радостное, яркое – обрушилось карточным домиком.
Нам всем очень нужен такой человек.
И подобных людей было бы много, если бы каждый из нас решил сделаться им для других.
Автор неизвестен.
  • На страницу Пред.  1, 2, 3, 4
  • Страница 4 из 4
  • Показать сообщения:
  • Часовой пояс: GMT + 3